Из-за перекрытия Ормузского пролива и сворачивания добычи ближневосточными странами мировая экономика переживает сильнейший энергетический кризис с 1970-х годов – спустя всего неделю после того, как Дональд Трамп начал войну против Ирана, пишет The Wall Street Journal.
США в этот раз не пострадают так, как после введения арабскими странами в 1973 году нефтяного эмбарго против тех, кто поддерживал Израиль в войне Судного дня. В отличие от ситуации 60-летней давности США сейчас являются крупнейшим нефтепроизводителем. Зато многим быстро развивающимся азиатским странам найти замену ближневосточной нефти негде.
Первым из-за нехватки мощностей для хранения нефти добычу начал сокращать Ирак – и он уже не производит более двух третей из обычно добываемых 4,4 млн баррелей в стуки. За ним последовали Кувейт, ОАЭ и в понедельник, по сообщению Bloomberg со ссылкой на знакомого с ситуацией человека, – Саудовская Аравия. Она добывает около 10 млн баррелей в стуки, из которых экспортирует 7 млн.
Участники нефтяного рынка поначалу сдержанно отреагировали на боевые действия в Иране. Подскочив, цены почти до конца прошлой недели держались в диапазоне $80-85 за баррель на предположениях, что США и Израиль достаточно быстро лишат Иран возможности вести ответные обстрелы, в том числе по странам региона. Но затем стало быстро наступать осознание: перекрытие Ормузского пролива может оказаться столь длительным, что породит полноценный мировой кризис.
После начала торгов в понедельник цена и Brent, и американской WTI подскочила почти до $120 за баррель, хотя затем и опустилась ближе к $100. Страны G7 задумали «распечатать» стратегические запасы нефти после взлета цен выше $100 за баррель.
Если США сегодня в меньшей степени зависят от ситуации на мировом рынке, то этого нельзя сказать о многих странах Азии и Европы. Азия, крупнейший в мире потребитель импортной нефти, закупает 60% нефти и нефтехимического сырья на Ближнем Востоке, отмечает Reuters. Япония, например, зависит от него на 95%, после того как прекратила закупки у России после ее вторжения в Украину.
Заменить эти поставки нефтью из других мест сложно или даже невозможно. Так, из Западной Африки и Америки сырье доставляется в Китай за 1,5-2 месяца, то есть заказы необходимо размещать за три месяца. Между тем, доставка с Ближнего Востока занимает около 25 дней.
Кроме того, сорта из разных регионов имеют разный состав, включая содержание серы и пр. Азиатские НПЗ настроены прежде всего именно на ближневосточную нефть.
Возможности частичного преодоления блокады Персидского залива существуют. После 1970-х годов Саудовская Аравия построила нефтепровод со своего восточного побережья, у Персидского залива, на западное, у Красного моря, – как раз на такой случай, как сегодня. По нему нельзя перебросить весь объем саудовского экспорта, но заметно смягчить дефицит возможно – мощность трубопровода составляет 5 млн баррелей в сутки.
В воскресенье госкомпания Saudi Aramco загружала три супертанкера (каждый может перевозить более 2 млн баррелей) в терминалах на Красном море, что ясно свидетельствует о перенаправлении части нефти по трубопроводу, пишет Bloomberg.
У ОАЭ также есть нефтепровод мощностью 1,5 млн баррелей в сутки, идущий в обход Ормузского пролива в Оманский залив, откуда лежит беспрепятственный путь в открытое море. Госкомпания Абу-Даби Adnoc также начала там загружать супертанкер. Bloomberg называет масштабы этих операций в обеих странах «беспрецедентными».
До войны по Ормузскому проливу ежедневно проходило примерно по 50 судов в каждую сторону, из которых около двух третей – это танкеры для перевозки сырой нефти, нефтепродуктов или СПГ, отмечает Робин Брукс, старший научный сотрудник программы глобальной экономики и развития в Институте Брукингса. Сейчас таких судов единицы.
Хотя те ограниченные военные возможности, что были у Ирана, уже почти уничтожены, «суровая реальность заключается в том, что для подрыва нефтяного танкера достаточно нескольких беспилотников», пишет Брукс: «Даже если США обеспечат страхование и военную защиту судам, проходящим через Ормузский пролив, стоимость подрыва всего одного судна — а этого вполне достаточно — будет для Ирана асимметрично низкой. Поэтому маловероятно, что в ближайшее время судоходство вернется на уровень 100 кораблей в сутки».
Трафик судов всех видов через Ормузский пролив Через пролив доставляется не только нефть, но также многие другие сырьевые товары – от удобрений для стран региона до алюминия для других рынков.
Атаки Ирана на энергетические объекты соседних стран и судоходство выглядят как отчаянная попытка сделать войну настолько болезненной для экономики США и их союзников, чтобы Трамп пошел на уступки — так же в 2022 году действовала Россия, сократив поставки газа в попытке заставить европейские страны перестать поддерживать Украину, сказал WSJ ветеран нефтяной отрасли и ее историк Дэниел Ергин:
«Мы наблюдаем самое масштабное в мировой истории нарушение ежедневной нефтедобычи. Если это продлится несколько недель, то отразится на всей мировой экономике.»